Но на днях я виделся с Арчи Хоупом, и он говорил, что она чувствует себя очень хорошо и невероятно счастлива.
– А все потому, что Хоуп вынудил ее выйти за него замуж.
Рендом вскочил с кресла:
– Вынудил?
Что за чушь!
– Вовсе не чушь! И не смейте говорить со мной в таком тоне, молодой человек!
Повторяю, Люси, мой нежный ребенок… Ее сердце разбито. А виной всему не кто иной, как вы!
Молодой человек какое-то время внимательно смотрел на профессора, а потом от души рассмеялся:
– Простите меня, сэр, но это совершенно невозможно.
– Вы просто не видите всей правды! – ответил Браддок, который не любил, когда над ним смеются. – Я знаю женщин.
– Вы, видимо, плохо знаете свою дочь.
– Падчерицу, вы имеете в виду.
– Возможно, именно это объясняет ваше полное непонимание ее характера, – сухо заметил офицер. – Вы очень сильно ошибаетесь.
Я был влюблен в мисс Кендал и просил у нее руки, прежде чем отправиться в отпуск.
Она отказала, заявив, что любит Хоупа. С разбитым сердцем я отправился в Монте-Карло, где потратил много больше денег, чем мог себе позволить.
– Быстро же вы склеили свое разбитое сердце! – продолжал египтолог, постаравшись погасить свой гнев в адрес Люси.
– Пф, это просто фигура речи, – хохотнул молодой человек. – Будь мое сердце и впрямь разбито, я не говорил бы об этом так легко.
– Тогда, выходит, вы не любили Люси. Вы очень ветреный молодой человек! – разбушевался профессор.
– Вы ошибаетесь, – оборвал его Фрэнк. – Я любил мисс Кендал, иначе я, конечно, не сделал бы ей предложение.
Но когда она заявила, что любит другого, то я, как и подобает хорошему другу, отошел в сторону.
– Вам следовало настоять на…
– Ни на чем я не стану настаивать.
Я не такой человек, чтобы принуждать женщину, сердце которой принадлежит другому человеку.
Я очень рад, что мисс Кендал заключила помолвку с моим добрым другом Хоупом. Он будет ей лучшим мужем, чем был бы я.
Кроме того, – тут господин Рендом пожал плечами, – ее решение избавило меня от трудного выбора.
– Уф!
Так получается, что вы теперь любите другую?
– Я не собираюсь, профессор, доверять вам мои сердечные тайны.
– Пусть так и будет. Но должен заметить, что Инес – весьма милое и романтичное имя.
– Не понимаю, о чем вы говорите, – натянуто улыбнулся баронет.
Браддок захихикал, глядя, как краснеет загорелое лицо молодого человека.
– Ладно, простите меня, – проговорил он задумчиво. – Я – старик и был другом вашего отца.
Вы должны извинить мое любопытство.
– Не стоит извинений, сэр. Пусть все будет в порядке.
– А вот здесь, Рендом, я с вами не соглашусь.
Все далеко не в порядке и не будет, пока я не верну свою мумию.
Но вы можете мне в этом помочь.
– И каким же образом? – с удивлением поинтересовался Фрэнк.
– Деньгами.
Поймите, мой мальчик… – добавил профессор самым приветливым тоном, на какой только был способен. – Мне кажется, было бы лучше, если бы Люси стала вашей женой.
Однако она предпочла Хоупа, поэтому я не стану делать предложение, ради которого пришел сюда.
– Предложение, сэр?
– Да!
Я полагал, что вы любите мою дочь и убиты горем, узнав, что она отдала себя этому бедняку.
Вот я и хотел попросить у вас взаймы пятьсот фунтов, при условии, что помог бы вам…
– Остановитесь, профессор, – прервал его сэр Фрэнк, покраснев. – Я никогда не стал бы покупать себе жену подобным образом.
– Конечно! Конечно! Теперь-то уже и говорить не о чем!
Люси отдала свою руку Арчибальду Хоупу. – Браддок, естественно, не стал говорить, что Арчи уже одолжил ему тысячу фунтов, чтобы он дал согласие на этот брак. – Надеюсь, она поздравит вас, когда вы поведете донну Инес к алтарю.
– Но я ничего не говорил о донне Инес, профессор.
– Ох уж эта новомодная скрытность!