Тогда мы снова обсудим этот вопрос и, быть может, придем к какому-нибудь решению.
Рендом рассеянно кивнул.
– Интересно… Неужели госпожа Джашер и была той самой женщиной, с которой говорил через окно Сидней Болтон? – поинтересовался он.
– Это возможно.
Хотя и не объясняет, почему Болтон взял у матери женскую одежду.
– Ее могла надеть миссис Джашер.
– Это значило бы сговор между Болтоном и вдовой Джашер.
Кроме того, в этом случае тогда они должны были знать о манускрипте до отъезда Болтона на Мальту.
Но нам известно, что помощник профессора впервые увидел документ, когда получил в руки саму мумию. Очевидно, мой отец оставил бумагу в саркофаге и забыл о ней, передав мне оригинал.
– Капитан Харви тоже не помнил, куда ее дел.
Интересно, правда ли это?
– Думаю, да, – решительно объявил де Гавангос. – Если бы Харви, или Ваза, или как еще ему угодно себя называть, поинтересовался документом и нашел бы переводчика, то сразу же вскрыл бы мумию и забрал изумруды.
Нет, сэр Фрэнк, я полагаю, что наша теория по меньшей мере частично верна.
Болтон собирался удрать с изумрудами, отправив профессору Браддоку пустую мумию. Если вы помните, он договорился с владельцем «Приюта моряка», чтобы тот на следующий день сам отправил ящик с саркофагом, не дожидаясь самого Болтона.
К тому времени Сидней должен был находиться уже очень далеко вместе с драгоценными камнями.
– Так вы считаете, что это не капитан Харви спрятал копию рукописи в моей комнате?
– Он по-прежнему яростно это отрицает, – сказал перуанец. – Вчера я был у него в «Приюте моряка», в Пирсайде.
Помните, он говорил Браддоку, что потерял место на «Ныряльщике»?
Вернувшись в гостиницу, он нашел письмо с приглашением командовать пароходом «Светлячок», водоизмещением в четыреста тысяч тонн.
Если мне не изменяет память, он отплывает завтра.
– Но ведь он же замешан в деле с убийством!
– Сейчас он ничего не сможет сделать: если Харви останется в Пирсайде, то потеряет пост на корабле.
Завтра он отчалит, но тем не менее он обещал мне написать полную историю похищения мумии за пятьдесят фунтов.
Это поможет мне получить реликвию у Браддока без лишних трат.
– Едва ли профессор легко с ней расстанется, – мрачно заметил Рендом.
– Свидетельство моряка не оставит ему выбора.
Правда, капитан занят и не успеет закончить работу до отплытия, но он обещал мне передать готовый документ на причале близ форта, когда судно будет проходить мимо. Я буду ждать его там завтра вечером, приготовив сумму в пятьдесят фунтов золотом.
– А если Харви не придет?
– Тогда он не получит денег, – парировал дон Педро. – Этот человек мошенник и заслуживает скорее тюрьмы, чем награды. Но, поскольку мумия была украдена более тридцати лет назад, никто, кроме него, не может доказать, что изначально она принадлежала мне.
– Однако скажите, зачем столько сложностей?
Ведь я могу без труда выкупить мумию у Браддока.
– Нет, – отрезал сеньор де Гавангос. – Я имею право получить назад свою собственность.
Рендом задержался в военной гостинице до сумерек, поскольку хотел увидеть донну Инес и боялся вновь разминуться с ней.
Однако его невеста все не возвращалась.
Тем временем в гостиницу заглянул Арчи Хоуп, чтобы рассказать дону Педро о результате своей беседы с вдовой Энн.
До того он успел поговорить с профессором и узнать от него удивительные новости о коварстве госпожи Джашер.
– Совершенно не верится! – объявил он своему другу и сеньору Педро. – Бедная женщина.
– Да, – с видимым удовольствием сказал сэр Фрэнк. – Я вижу, вы более милосердны, чем профессор.
Он назвал ее негодяйкой… и это еще мягко сказано.
– Хм-м-м!
Не думаю, что сам Браддок настолько безупречен, что может позволить себе бросать в кого-то камни, – кисло заметил Арчи. – Госпожа Джашер, конечно, поступила не слишком-то хорошо, но прежде чем позволить себе судить ее, я хотел бы выслушать полную историю.
У вдовы наверняка есть свои светлые стороны, иначе Люси давно разоблачила бы ее.
Женщина женщину всегда поймет.
Может быть, бедная Селина просто отчаянно хотела выйти замуж.
– Так и было, уж профессор-то знает, – быстро сказал Рендом.
– Честно говоря, меня занимает не столько миссис Джашер, сколько то, что я услышал от вдовы Энн.
– О! – оживился дон Педро. – Так вы видели старуху?
Что она сказала об одежде?
– Ровно то же, что и раньше: якобы Сидней взял у нее одежду для моей модели.
Само собой, я никогда не просил у Болтона ничего подобного. Это значит, что либо Болтон хотел замаскироваться сам, либо одежда предназначалась для госпожи Джашер.