Они опустили шторы, зажгли свечу, уложили труп Сиднея в ящик и уже собирались вернуться в лодку, прихватив с собой мумию в саркофаге.
Но тут на улице раздались шаги полицейского патруля. Преступники погасили свечу и долго сидели в темноте в ожидании, когда шаги стихнут. Как потом Браддок рассказал госпоже Джашер, он сидел «в темноте, дрожа от страха».
Но полицейский прошел мимо.
Не зажигая свечи, оба злоумышленника вылезли через окно, прихватив с собой саркофаг, который сам по себе был не тяжелым – два человека без труда перенесли его в лодку.
После этого Какаду – настоящий хитрец – в третий раз вернулся в номер Сиднея Болтона и отпер дверь номера, а потом, пропустив нить через задвижку окна, запер окно снаружи.
После этого сообщники вернулись в лодку и, никем не замеченные, доплыли до Гартли.
По пути дикарь сообщил, что Сидней оставил в гостинице распоряжение, чтобы ящик с саркофагом утром доставили в «Пирамиду», так что бояться пока нечего.
Что до саркофага с мумией, то его они спрятали под причалом.
– А почему они не перенесли его в «Пирамиду»? – удивился Рендом.
– Слишком опасно, – объяснил Хоуп. – Ведь предполагалось, что мумию украл убийца.
Легче было спрятать ее под старым причалом, куда никто не ходит.
Ну, – с этими словами он перевернул несколько страниц. – Вот почти и все.
Остальное здесь – описание последующих событий.
– Давайте прочтем и это, – откликнулся Фрэнк, наливая себе очередную чашечку кофе.
Арчи быстро пробежал взглядом по оставшейся части бумаг. – Собственно, дальше нет ничего интересного.
Остальное вы и так знаете, – сказал он. – Притворное удивление профессора, когда он обнаружил труп, который сам же и спрятал в упаковочный ящик…
– Да! Да!
Но почему саркофаг с мумией оказался в саду госпожи Джашер?
– Это была идея Браддока.
Он боялся, что мумию найдут под причалом, а потом начнут задавать неприятные вопросы.
Кроме того, он хотел бросить тень подозрения на госпожу Джашер, чтобы у нее и мысли не возникло обратиться в полицию.
Поздно вечером они с Какаду отправились на пристань и переправили саркофаг в ее сад.
Позже он лихо разыграл удивление.
Должен сказать, актер из него превосходный. Как он обвинял миссис Джашер!
Смелый ход.
– Опасный ход.
– Нисколько.
Он поклялся госпоже Джашер, что если та проболтается, он скажет полиции, что она взяла у Сиднея одежду его матери и через окно гостиницы договаривалась с ним о похищении изумрудов.
То, что саркофаг с мумией нашли в ее саду, добавило бы весу его обвинениям, так что она была вынуждена держать язык за зубами.
Впрочем, миссис Джашер и не возражала, ведь она добилась своего: обручилась с профессором и получила один из изумрудов.
– Тот самый, что она послала мне.
Но откуда он у нее взялся?
Арчи снова принялся листать рукопись Селины.
– Она потребовала камень у профессора в залог его честных намерений.
Ему пришлось поделиться, иначе она могла бы сдать его полиции.
Потому-то он и принес саркофаг с мумией в ее сад – так ей не удалось бы обвинить его, а самой выйти сухой из воды.
– А где же второй изумруд?
– Браддок отвез его в Амстердам, сделав вид, что отправляется в Лондон, – вы помните, как раз когда приехал дон Педро.
Профессор продал его за три тысячи фунтов индийскому радже.
Боюсь, что дон Педро так никогда и не получит его назад.
– А где же эти три тысячи?
– Профессор положил их в банк в Амстердаме, на вымышленное имя. Он хотел, чтобы потом, когда он женится на госпоже Джашер, эти деньги стали тем самым наследством ее несуществующего брата – торговца из Пекина.
Хитро придумано!
– Да уж!
Настоящий злой гений!
Думаю, вчера вечером он послал Какаду за вторым изумрудом.
– А вот об этом в рукописи ничего не сказано, – заметил Арчи, положив на стол последний лист и налив себе еще кофе. – Здесь все резко обрывается. Думаю, как раз в этот момент вдове в окно постучался Какаду.
Но перед смертью она сказала, что канак требовал от нее второй изумруд.
Если бы она в момент слабости не подбросила его вам, то отдала бы его дикарю и осталась жива, – Хоуп вздохнул и задумчиво добавил: – Но почему она написала эту исповедь, ведь у них с Браддоком все складывалось вроде бы так хорошо?
– Хорошо… – неуверенно кивнул Рендом, поглаживая подбородок и глядя на языки пламени в камине. – Все было бы хорошо, если бы она не попыталась шантажировать меня. Зачем она это сделала?