Собственно говоря, кроме немногих случайных прохожих, вероятно, возвращавшихся из города домой (я пристально вглядывался в их лица, полагая, что Каверли может прийти этой дорогой), и дежурного констебля, там не оказалось никого, кто хотя бы отдаленно напоминал моих предполагаемых гостей.
Напрасно прождав десять минут, я заговорил с полицейским.
— Добрый вечер, констебль, — сказал я, — я пришел сюда, чтобы встретить своего друга, инспектора Гаттона из Скотланд-Ярда. Вы его случайно не знаете?
— Я видел его много раз, сэр, — ответил полицейский, — и обязательно узнал бы, если бы он прошел здесь.
Но сегодня вечером его здесь не было.
— А не заметили ли вы поблизости кого-нибудь, кто мог бы оказаться его человеком?
— Нет, сэр.
— Странно, — пробормотал я.
— Моя фамилия Аддисон, констебль, и если кто-либо спросит обо мне, не могли бы направить его в мой коттедж?
Я объяснил, где находится коттедж.
— Хорошо, — ответил полицейский. Пожелав ему доброй ночи, я пошел обратно. Происшествие возбудило мое любопытство, но не более того — чудовищная истина еще не успела дойти до меня.
Глава 22. СЕРЫЙ ТУМАН
Я был на полпути к дому, когда на дороге позади меня раздался шум автомобиля; я услышал, что он, приблизившись, затормозил.
Не успел я обернуться, как меня позвали:
— Эй!
Мистер Аддисон!
Я остановился, повернулся, поглядел на машину и увидел высовывающегося из нее Гаттона. Он внимательно смотрел на меня сквозь сгущающиеся сумерки.
— А вот и вы, Гаттон! — воскликнул я, направляясь к нему. — Я прождал вас больше десяти минут и сдался.
— Прождали меня?
— Да, у полицейской будки.
Он с откровенным удивлением воззрился сначала на меня, а затем на сидящего за рулем подручного.
— Зачем вы ждали меня? — сказал он.
— Не иначе, Коутс что-то перепутал.
Я говорил ему, что приду к вам сам, а не встречусь с вами на улице.
Я по-прежнему не понимал, в чем дело.
— Он все правильно передал, — ответил я.
— Я говорю о втором сообщении.
— Не было второго сообщения.
— Что?!
— Забирайтесь внутрь! — велел Гаттон. — Надо во всем разобраться.
Я сел в автомобиль и по пути к коттеджу объяснил Гат-тону, что случилось.
Он становился все мрачнее и мрачнее и наконец буркнул:
— Дело нечисто!
— То есть, вы ничего не просили передать?
— В первый раз об этом слышу.
Когда вам звонили, я был на пути из Кросслиз.
Дорога заняла полтора часа.
Я в чрезвычайном замешательстве уставился на него.
Сложно было предположить, кому и зачем все это понадобилось; у меня не было никаких ценностей, которые могли бы побудить преступника выманить меня из дома и вломиться внутрь.
С растущей тревогой я смотрел на мелькавшие мимо деревенские дома.
Затем мы выехали на аллею, ведущую к коттеджу.
Машина остановилась, я выскочил и бросился к крыльцу. Гаттон поспешил за мной.
По одному мне известным приметам я понял, что Коутса в доме нет, и решил, что он отправился на вокзал встречать мифического «человека с ящиком».
Не без тревоги я вставил ключ в замок и отпер дверь.
Внутри меня ожидало весьма своеобразное зрелище.
Осторожный Коутс, как обычно, перед уходом из дома закрыл все окна, и воздух в коридоре был недвижен.
Но стоило двери распахнуться, как я увидел, что к ней, густо стелясь над ковром и слегка завиваясь в спирали, потянулись какие-то похожие на туман серые испарения!
От изумления лишившись дара речи, я созерцал невиданный феномен. Это было похоже на пар или утреннюю дымку, в знойную погоду висящую над травой, но ее наличие в моем доме откровенно ставило меня в тупик.
— Господи! — воскликнул Гаттон и так крепко схватил меня за руку, что я едва сдержал крик.
— Смотрите!