- Кто там? - окликнула я.
Никто не отозвался.
- Кто там? - повторила я.
Стояла тишина, и вдруг мы снова услышали чьи-то шаги - они удалялись от нас в темноту все дальше, дальше, пока совсем не затихли вдали.
Мы поспешили выйти на открытую лужайку, быстро пересекли ее и, не сказав больше ни слова друг другу, подошли к дому.
В холле при свете лампы Лора, вся бледная, подняла на меня испуганные глаза.
- Я чуть не умерла от страха! - сказала она.
- Кто бы это мог быть?
- Мы попробуем разгадать это завтра, - отвечала я, - а пока никому не говори об этом.
- Почему?
- Потому что молчание безопаснее, и в этом доме лучше молчать.
Я сейчас же отослала Лору наверх, подождала с минуту, сняла шляпу, пригладила волосы и отправилась на разведку. Сначала я пошла в библиотеку под тем предлогом, что хочу взять какую-нибудь книгу.
Граф сидел в самом огромном кресле в доме, мирно курил и читал.
Он положил ноги на диван, снял с себя галстук, ворот его рубашки был расстегнут.
На пуфике подле него, как послушная девочка, сидела мадам Фоско, скручивая его пахитоски.
С первого же взгляда я поняла, что вечером ни муж, ни жена никуда не выходили из дому.
При моем появлении граф Фоско со смущенной любезностью встал и начал повязывать галстук.
- Прошу вас, не тревожьтесь, - сказала я, - я пришла сюда только за книгой.
- Все мужчины моих размеров несчастны, ибо страдают от жары, - сказал граф, величественно обмахиваясь огромным зеленым веером, - мне хотелось бы поменяться местами с моей превосходной женой - она холодна в эту минуту, как рыба там, в водоеме.
Графиня разрешила себе растаять от удовольствия при этом своеобразном комплименте своего супруга.
- Мне никогда не бывает жарко, мисс Голкомб, - заметила она скромно, с видом женщины, признающейся в своих особых талантах.
- Вы с леди Глайд гуляли сегодня вечером? - спросил граф, пока я для отвода глаз брала с полки книгу.
- Да, мы пошли немного освежиться.
- Разрешите спросить, куда вы ходили?
- К озеру - до самой беседки.
- Э?
До самой беседки?
При других обстоятельствах, возможно, я сочла бы его любопытство назойливым, но сейчас оно было лишним доказательством того, что ни он, ни его жена не имели никакого отношения к таинственному явлению на озере.
- Никаких новых приключений, надеюсь? - продолжал он.
- Никаких больше находок вроде раненой собаки?
Он устремил на меня свои бездонные серые глаза - их холодный стальной блеск всегда принуждает меня смотреть на него и, когда я смотрю, всегда меня смущает.
В такие минуты во мне растет неотвратимое убеждение, что он читает мои мысли. Я ощутила это и сейчас.
- Нет, - сказала я коротко, - ни приключений, ни находок.
Я попыталась отвести от него глаза и уйти.
Как это ни странно, мне, пожалуй, не удалось бы осуществить мою попытку, если бы мадам Фоско не помогла мне, заставив его посмотреть в свою сторону.
- Граф, мисс Голкомб стоит! - сказала она.
Он отвернулся, чтобы подать мне стул, а я ухватилась за этот предлог, чтобы поблагодарить его, извиниться и выскользнуть вон.
Час спустя, когда горничная Лоры пришла в спальню помочь молодой леди раздеться, я пожаловалась на ночную духоту, чтобы разузнать, где провели слуги вечер.
- Вы, конечно, измучились внизу от жары? - спросила я.
- Нет, мисс, - сказала девушка, - мы ее не почувствовали.
- Вы все, наверно, ходили в парк?
- Кое-кто из нас собрался пойти, мисс, но кухарка сказала, что посидит во дворе - там прохладно, и мы все решили вынести туда стулья и просидели там весь вечер.
Оставалось разузнать, где была вечером домоправительница.
- Миссис Майклсон легла уже спать? - осведомилась я.
- Вряд ли, мисс, - отвечала, улыбаясь, девушка.
- Она, пожалуй, встает сейчас, а не ложится спать.
- Почему?
Что вы хотите сказать?
Разве миссис Майклсон спала днем?
- Нет, мисс, не совсем так.