Уильям Уилки Коллинз Во весь экран Женщина в белом (1860)

Приостановить аудио

Карета остановилась, и из окна высунулся пожилой человек почтенного вида.

- Простите меня, прошу вас, - сказала я, - но вы, наверно, едете в Блекуотер-Парк?

- Да, мэм.

- С письмом для кого-то?

- С письмом для мисс Голкомб, мэм.

- Я мисс Голкомб.

Вы можете отдать мне письмо.

Посыльный приложился к шляпе, вышел из кареты и подал мне письмо.

Я сразу же распечатала его и прочитала.

Я перепишу его в дневник, а затем из предосторожности уничтожу оригинал.

"Уважаемая леди, ваше письмо, полученное мною сегодня утром, сильно встревожило меня.

Постараюсь ответить на него как можно короче и яснее.

Внимательно рассмотрев ваше заявление, я, зная положение дел леди Глайд по брачному контракту, пришел к выводу, о котором весьма сожалею: сэр Персиваль Глайд намеревается сделать заем из основного капитала леди Глайд (иными словами, заем из двадцати тысяч фунтов, ей принадлежащих), заставив ее стать участницей этой сделки, что является не чем иным, как вопиющим злоупотреблением ее доверием. В том случае, если леди Глайд захочет опротестовать этот заем, подпись ее будет свидетельствовать о том, что этот заем был сделан с ее ведома и согласия.

Всякие другие предположения по поводу сделки, для которой требовалась бы подпись леди Глайд, исключаются.

Если леди Глайд подпишет вышеуказанный документ, ее поверенные будут обязаны выдать деньги сэру Персивалю Глайду из основного ее капитала в двадцать тысяч фунтов.

Если сэр Персиваль Глайд не вернет обратно занятую сумму, капитал леди Глайд уменьшится в соответствии с одолженной ею суммой. В случае, если у леди Глайд будут дети, их наследство уменьшится на такую же сумму.

Короче говоря, эта сделка, если только леди Глайд не уверена в противном, может считаться мошенничеством в отношении ее будущих детей.

Ввиду всего этого я рекомендую леди Глайд не подписывать документ на том основании, что сначала она хочет представить его на одобрение поверенному ее семьи, то есть мне, ввиду отсутствия моего компаньона, мистера Гилмора.

Против этого не может быть никаких возражений, так как, если сделка вполне честная и не ущемляет самым серьезным образом интересов леди Глайд, я, конечно, дам свое согласие на ее подпись.

Примите уверения, что в случае надобности я готов оказать вам всяческую помощь. Остаюсь вашим преданным слугой.

Уильям Кирл".

Я с благодарностью прочитала его разумное и любезное письмо.

Оно подсказывало Лоре, как уклониться от подписи, и объясняло нам обеим назначение самого документа.

Пока я читала письмо, посыльный стоял подле меня, ожидая дальнейших моих указаний.

- Передайте, пожалуйста, что я все поняла и очень благодарна мистеру Кирлу, - сказала я.

- Другого ответа не требуется.

Как раз в ту минуту, когда я произнесла эти слова, держа в руках распечатанное письмо, граф Фоско свернул с шоссе и вырос передо мной словно из-под земли.

Его внезапное появление здесь, где я никак не ожидала его увидеть, ошеломило меня.

Посыльный попрощался со мной и сел в карету.

Я ничего больше не сказала ему и в растерянности даже не ответила на его поклон.

Я застыла на месте, убедившись, что хитрость моя обнаружена - и кем же? Самим графом Фоско!

- Вы возвращаетесь домой, мисс Голкомб? - спросил он, не выказывая со своей стороны ни малейшего удивления и даже не взглянув на отъезжающую карету.

Я собралась с силами и утвердительно кивнула в ответ.

- Я тоже иду домой, - сказал он.

- Не откажите мне в удовольствии сопровождать вас.

Возьмите меня под руку, прошу вас.

Вы, кажется, очень удивились при виде меня?

Я взяла его под руку.

Я снова с предельной ясностью поняла, что лучше пойти на любые жертвы, чем нажить себе врага в лице этого человека.

- Вы, кажется, удивились при виде меня? - повторил он спокойным, зловещим тоном.

- Мне думалось, вы в столовой с вашими канарейками, граф, - отвечала я, стараясь говорить как можно спокойнее и увереннее.

- Так оно и было.

Но мои маленькие пернатые дети похожи на всех остальных детей, дорогая леди.

Они бывают иногда непослушными, как, например, сегодня утром.

Когда я водворял их обратно в клетку, вошла моя жена и сказала, что вы отправились гулять одна.

Вы сами сказали ей об этом?

- Конечно.

- Что же, мисс Голкомб, искушение сопровождать вас было слишком сильным, чтобы я мог ему противиться.

В моем возрасте можно уже признаваться в таких вещах, не так ли?

Я схватил шляпу и отправился предлагать вам себя в провожатые.