Он кивнул головой.
Я вынул ответ Пески на мое письмо, подал графу и снова стал у камина.
Он прочитал ее вслух:
- "Ваше письмо получено.
Если я не услышу о вас до назначенного часа - я сломаю печать, когда пробьют часы".
Другому человеку на его месте нужны были бы объяснения - граф не нуждался в них.
Он сразу же понял, как если бы сам присутствовал при этом, какую предосторожность я принял.
Выражение его лица мгновенно изменилось. Он вынул руку из ящика - в ней ничего не было.
- Я не запру ящика, мистер Хартрайт, - сказал он. - Я еще не сказал, что ваши мозги не разлетятся вдребезги у камина, но я справедлив даже по отношению к врагам и готов заблаговременно признать, что эти мозги умнее, чем я думал.
К делу, сэр!
Вам что-то нужно от меня.
- Да. Я намерен это получить.
- На условиях?
- Без всяких условий!
Его рука снова скользнула в ящик.
- Ба! Мы топчемся на месте, и ваши умные мозги снова подвергаются опасности, - сказал он.
- Ваш тон неуместно дерзок, сэр, умерьте его!
С моей точки зрения, я меньше рискую, застрелив вас на месте, чем если вы уйдете из этого дома, не согласившись на условия, продиктованные и одобренные мною.
Сейчас вы имеете дело не с моим горячо оплакиваемым другом - вы стоите лицом к лицу с Фоско!
Если бы двадцать человеческих жизней, мистер Хартрайт, были камнями преткновения на моем пути, я прошел бы по этим камням, поддерживаемый моим возвышенным равнодушием, балансируя с помощью моего непреклонного спокойствия.
Если вы дорожите собственной жизнью - относитесь ко мне с должным уважением!
Я призываю вас ответить мне на три вопроса.
Выслушайте их - они имеют существенное значение для нашего дальнейшего разговора.
Отвечайте на них - это имеет существенное значение для меня.
- Он поднял палец.
- Первый вопрос, - сказал он.
- Вы пришли сюда благодаря каким-то сведениям, ложным или правдивым, - где вы их взяли?
- Я отказываюсь отвечать на этот вопрос.
- Неважно, я все равно узнаю.
Если эти сведения правильные - заметьте, как я подчеркиваю слово "если" - вы получили возможность торговать ими здесь в силу собственной измены или измены кого-то другого.
Я отмечаю это обстоятельство в памяти для дальнейшего его использования в будущем. А я ничего не забываю. Продолжаю!
- Он поднял второй палец.
- Второй вопрос.
Под строками, которые вы дали мне прочитать, нет подписи.
Кто писал их?
- Человек, на которого я могу полностью положиться, человек, бояться которого вы имеете полное основание.
Мой ответ попал в цель.
Рука в ящике заметно дрогнула.
- Сколько времени вы предоставляете мне, - сказал он, задавая свой третий вопрос более умеренным тоном, - до того, как пробьют часы и печать будет сломана?
- Достаточно времени, чтобы вы согласились на мои условия, - отвечал я.
- Отвечайте мне точнее, мистер Хартрайт.
Сколько ударов должны пробить часы?
- Девять завтра утром.
- Девять завтра утром?
Да, да, ловушка захлопнется прежде, чем я успею привести в порядок паспорт и уехать из Лондона.
А не раньше?
Ну, это мы еще посмотрим. Я могу оставить вас здесь в качестве заложника и договориться с вами, чтобы вы послали за вашим письмом до того, как отпущу вас.
А пока что, будьте добры, изложите ваши условия.
- Вы их услышите.
Они очень несложны. Их можно изложить в нескольких словах.