Профессор продолжал:
- В руках у Золотого папы письмо. Извинившись, что житейскими мелочами он мешает нашим адским изысканиям, он обращается к трем барышням и начинает, как и все англичане, с огромного "О".
"О мои дочки, - говорит могучий купец, - я получил письмо от моего друга мистера..." Имя я забыл, но это неважно, мы еще к нему вернемся. Да, да, все правильно, хорошо!
Итак, папа говорит:
"Я получил письмо от моего друга мистера такого-то, он просит меня рекомендовать учителя рисования к нему, в его имение".
Клянусь честью! Когда я услышал эти слова, я был готов броситься к нему на шею, если бы мог до нее достать, чтобы прижать его к сердцу!
Но я только подпрыгнул на стуле.
Я сгорал желанием высказаться, но прикусил язык и дал папе кончить.
"Может быть, вы знаете, - говорит этот крупный богач, помахивая письмом, - может быть, вы знаете, мои дорогие, какого-нибудь учителя рисования, которого я мог бы рекомендовать?"
Три барышни переглянулись и отвечают (конечно, начав с неизменного "О!"):
"О нет, папа, но вот мистер Песка..."
Услышав свое имя, я уже не мог больше сдерживаться - мысль о вас, мои дорогие, бросается мне в голову, я вскакиваю как ужаленный, обращаюсь к могучему купцу и говорю, как типичный англичанин:
"О дорогой сэр, я знаю такого человека!
Наилучший и наипервейший в мире учитель рисования!
Рекомендуйте его сегодня, а завтра отправляйте его туда со всеми потрохами". (Еще один чисто английский оборот!) -
"Подождите, - говорит папа, - он англичанин или иностранец?" -
"Англичанин до мозга костей", - отвечаю я.
"Порядочный человек?" - говорит папа.
"Сэр! - говорю я (ибо этот последний вопрос возмутил меня, и я перестал обращаться с ним запросто).
- Сэр! Бессмертное пламя гениальности пылает в груди этого англичанина, а главное, оно пылало и в груди его отца". -
"Пустяки, - говорит этот Золотой варвар-папа, - бог с ней, с его гениальностью, мистер Песка.
Нам, в нашей стране, не нужна гениальность, если она не идет об руку с порядочностью, а когда они вместе - мы рады, очень рады!
Может ли ваш друг представить рекомендации?"
Я небрежно помахал рукой.
"Рекомендации?! - говорю я.
- Господи боже, ну конечно.
Груды рекомендаций!
Сотни папок, набитых ими, если хотите". -
"Достаточно одной или двух, - говорит флегматичный богач.
- Пусть пришлет их мне со своим адресом.
И подождите, мистер Песка. Прежде чем вы пойдете к вашему приятелю, я вам передам кое-что для него". -
"Деньги! - восклицаю я с возмущением.
- Никаких денег, пока мой истый англичанин их не заработает!" -
"Деньги? - удивляется папа. - Кто говорит о деньгах?
Я имею в виду записку об условиях работы.
Продолжайте ваш урок, а я перепишу их из письма моего друга".
И вот обладатель товаров и денег берется за перо, бумагу и чернила, а я снова погружаюсь в дантовский "Ад" с моими барышнями.
Через десять минут записка окончена, и сапоги папы, скрипя, удаляются по коридору.
С этой минуты, клянусь честью, я позабыл обо всем.
Потрясающая мысль, что наконец моя мечта исполнилась и я могу услужить моему другу, опьяняет меня!
Как я вытащил трех барышень из преисподней, как давал следующие уроки, как проглотил обед - обо всем этом я знаю не более, чем лунный житель.
С меня достаточно того, что я здесь с запиской могучего купца - щедрый, как сама жизнь, пламенный, как огонь!
Я счастлив по-королевски! Ха-ха-ха! Хорошо, хорошо, все правильно-хорошо!
И профессор, неистово размахивая над головой конвертом, закончил бурный поток своего красноречия пронзительной пародией на английское "ура".
Едва он замолчал, как матушка с блестящими глазами, вся зардевшись, вскочила с места.
Она ласково схватила маленького профессора за руки.
- Дорогой Песка, - сказала она, - я никогда не сомневалась, что вы искренне любите Уолтера, но теперь я убеждена в этом более чем когда-либо!
- Мы очень благодарны профессору Песке за нашего Уолтера, - прибавила Сара.
С этими словами она привстала, как бы намереваясь, в свою очередь, подойти к креслу, но, увидев, что Песка покрывает страстными поцелуями руки моей матери, нахмурилась и опять села на место.
"Если этот фамильярный человечек ведет себя таким образом с моей матерью, как же он будет вести себя со мной?"