— Вы здесь уже довольно долго так работаете?
— Да.
Сэр Криктон готовил к печати важную книгу.
— А до сегодняшнего вечера не происходило ли чего-нибудь необычного?
— Да… — сказал мистер Бэрбойн с явным смущением, — хотя тогда я не придал этому никакого значения.
Три дня назад сэр Криктон пришел ко мне и выглядел очень нервозным; но у него нервы иногда шалят, знаете ли.
Так вот, на этот раз он попросил меня обыскать кабинет.
Ему пришло в голову, что там что-то спрятано.
— Что-то или кто-то?
— Он сказал «что-то».
Я искал, но безрезультатно. Он казался вполне удовлетворенным и вновь вернулся к своей работе.
— Спасибо, мистер Бэрбойн.
Мы с моим другом хотели бы вдвоем, без посторонних, на несколько минут зайти и осмотреть кабинет.
ГЛАВА II НАДУШЕННЫЙ КОНВЕРТ
Кабинет сэра Криктона Дейви был маленький. Достаточно было беглого взгляда, чтобы убедиться, что, как сказал секретарь, спрятаться там негде.
Обилие ковров, бирманских и китайских орнаментов и антикварных вещей. На камине — несколько фотографий в рамках, свидетельствующих, что богатый холостяк не был женоненавистником.
Большую часть стены занимала карта Индийской империи.
Каминная решетка была пуста, потому что погода была чрезвычайно жаркой, а единственным источником света была лампа с зеленым абажуром, стоявшая на заваленном бумагами столе.
Воздух был спертый, так как окна были закрыты на засовы.
Смит сразу бросился к большому квадратному конверту, лежавшему рядом с пресс-папье.
Сэр Криктон даже не потрудился открыть его, но мой друг открыл и обнаружил… чистый лист бумаги!
— Понюхай! — сказал он тоном приказа, передавая мне письмо.
Я поднес его к носу.
В ноздри мне ударил едкий аромат.
— Что это? — спросил я.
— Это довольно редкие эфирные масла, — ответил он, — которые я встречал и раньше, но никогда — в Европе.
Я начинаю понимать, Петри.
Он наклонил абажур и внимательно осмотрел обрывки бумаги, спички и другой мусор, лежавший за каминной решеткой и на камине.
Я рассматривал с любопытством медную вазу, которую снял с камина, когда он повернулся, глядя на меня с каким-то странным выражением.
— Поставь назад, старина, — сказал он тихо.
Удивленный, я тем не менее выполнил его приказ.
— Не трогай ничего в этой комнате.
Это может быть опасно.
В тоне его голоса было нечто, от чего у меня похолодело внутри. Я поспешно поставил вазу на место и встал у двери кабинета, наблюдая, как он методично, дюйм за дюймом, просматривал все: книги, орнаменты, ящики стола, буфета, полки.
— Ну, хватит, — сказал он наконец.
— Здесь ничего нет, и у меня нет времени искать дальше.
Мы вернулись в библиотеку.
— Инспектор Веймаут, — сказал мой друг, — у меня есть особые причины просить, чтобы тело сэра Криктона было немедленно вынесено из этой комнаты, а библиотека заперта.
Никого не впускайте ни под каким предлогом, пока я не дам знать.
Насколько велики были таинственные полномочия моего друга, можно было судить по тому, как сотрудник Скотланд-Ярда без возражений принял его приказы. После короткого разговора с мистером Бэрбойном Смит быстро сошел вниз.
В холле ждал какой-то человек, похожий на лакея без ливреи.
— Вы Уиллс? — спросил Смит.
— Да, сэр.
— Это вы слышали что-то вроде крика сзади дома примерно в то время, когда с сэром Криктоном произошло несчастье?
— Да, сэр.
Я запирал дверь гаража и, случайно взглянув на окно кабинета, увидел, как он вскочил со своего кресла.
Там, где он обычно сидел, когда писал, сэр, можно было видеть его тень на занавеске.
В следующее мгновение я услышал какой-то зов из переулка.
— Что за зов?
Лакей, явно напуганный жуткими событиями, не сразу мог подыскать подходящее слово.