— Во дворе?
— Во дворе!
— Может быть, убийство?
Смит пожал плечами.
— Его дверь была заперта изнутри; пришлось взламывать.
— А как насчет этого воя?
— Это началось позже или было замечено позже.
Один доктор — француз, по имени Лафит, умер совершенно так же.
— Там же?
— В той же гостинице; но он жил в другой комнате.
Особенность вот в чем: с ним вместе жил его друг, и он своими глазами видел, как тот упал в окно!
— Видел, как он выпрыгнул?
— Да.
Друг — англичанин — проснулся от жуткого воя.
Я тогда был в Рангуне, поэтому дело Лафита мне знакомо лучше, чем обстоятельства смерти американца.
Я говорил с этим другом лично.
Он был инженер-электрик, Эдвард Мартин, и он рассказал, что этот вой доносился откуда-то сверху.
— Когда мы слышали его в доме Фу Манчи, он тоже вроде шел сверху.
— Мартин проснулся, сел в кровати. Ночь была ясная, лунная, такую луну можно видеть только в Бирме.
Лафит почему-то как раз в это время подошел к окну.
Его друг видел, как он выглянул.
В следующее мгновение он бросился из окна со страшным воплем и грохнулся о плиты двора.
— И что потом?
— Мартин побежал к окну и посмотрел вниз.
Разумеется, вопль Лафита разбудил всех.
Но не было никаких улик, чтобы объяснить происшедшее.
Там не было ни балкона, ни карниза, по которому можно подобраться к окну.
— Но как ты узнал этот крик?
— Я на некоторое время останавливался в этой гостинице, и однажды ночью это жуткое вытье разбудило меня.
Я слышал его совершенно отчетливо, и вряд ли когда-нибудь забуду.
За ним последовал хриплый вопль.
Человек в соседней комнате, охотник за орхидеями, отправился в могилу тем же путем, что и другие.
— Ты после этого сменил гостиницу?
— Нет, отель был первоклассный, и его репутацию спасло то, что подобные же случаи происходили в других местах — и в Рангуне, и в Проше, и в Мульмейне.
В туземных кварталах получила хождение история, распространявшаяся одним сумасшедшим факиром, о том, что бог Шива родился вновь и что этот вой был его зовом к жертвам; мрачная история, приведшая к новому подъему бандитской деятельности дакойтов-убийц и доставившая уйму хлопот начальнику окружной полиции.
— Были ли какие-нибудь необычные следы на телах погибших?
— На всех появились метки после смерти, будто их задушили!
Все эти следы имели необычную форму (хотя моему глазу это было незаметно), и это, как мне тогда объяснили, каким-то образом относилось к пяти головам бога Шивы.
— Погибали только европейцы?
— О нет.
Несколько бирманцев и представителей других азиатских народов умерли той же смертью.
Сначала существовала версия, что все жертвы заразились проказой и в результате покончили с собой, но медицинская экспертиза опровергла эту теорию.
«Зов Шивы» стал настоящим кошмаром для всей Бирмы.
— Ты слышал его когда-нибудь еще, до сегодняшнего вечера?
— Да, я слышал его на Верхней Иравади одной ясной лунной ночью, и некто из племени коласси, матрос, бросился вниз с верхней палубы парохода, на котором мы плыли!
Боже мой! Подумать только, что этот дьявол Фу Манчи привез это в Англию!
— Но что он привез, Смит? — воскликнул я, ничего не понимая.
— Что же он привез?
Злого духа?
Психическую болезнь?