-- Мальчишеская выходка!
И книга о миллионерах -- тоже.
А когда вы пришли в виде киевского надзирателя, я сразу понял, что вы мелкий жулик.
К сожалению, я ошибся.
Иначе черта с два вы бы меня нашли.
-- Да, вы ошиблись.
И на старуху бывает проруха, как сказала польская красавица Инга Зайонц через месяц после свадьбы с другом моего детства Колей Остен-Бакеном.
-- Ну, ограбление -- это еще понятно, но гири!
Почему вы украли у меня гири?
-- Какие гири?
Никаких гирь я не крал.
-- Вам просто стыдно признаться.
И вообще вы наделали массу глупостей.
-- Возможно, -- заметил Остап. -- Я не ангел.
У меня есть недочеты.
Однако я с вами заболтался.
Меня ждут мулаты.
Прикажете получить деньги?
-- Да, деньги! -- сказал Корейко. -- С деньгами заминка.
Папка хорошая, слов нет, купить можно, но, подсчитывая мои доходы, вы совершенно упустили из виду расходы и прямые убытки.
Миллион -- это несуразная цифра.
-- До свиданья, -- холодно молвил Остап, -- и, пожалуйста, побудьте дома полчаса.
За вами приедут в чудной решетчатой карете.
-- Так дела не делают, -- сказал Корейко с купеческой улыбкой.
-- Может быть, -- вздохнул Остап, -- но я, знаете, не финансист.
Я-свободный художник и холодный философ.
-- За что же вы хотите получить деньги?
Я их заработал, а вы...
-- Я не только трудился.
Я даже пострадал.
После разговоров с Берлагой, Скумбриевичем и Полыхаевым я потерял веру в человечество.
Разве это не стоит миллиона рублей, вера в человечество?
-- Стоит, стоит, -- успокоил Александр Иванович.
-- Значит, пойдем в закрома? - спросил Остап.
- Кстати, где вы держите свою наличность?
Надо полагать, не в сберкассе?
-- Пойдем! - ответил Корейко.
- Там увидите,
-- Может быть, далеко? -- засуетился Остап.
- Я могу машину.
Но миллионер от машины отказался и заявил, что идти недалеко и что вообще не нужно лишней помпы.
Он учтиво пропустил Бендера вперед и вышел, захватив со стола небольшой пакетик, завернутый в газетную бумагу.
Спускаясь с лестницы, Остап напевал:
"Под небом знойной Аргентины... "
ГЛАВА XXIII. СЕРДЦЕ ШОФЕРА
На улице Остап взял Александра Ивановича под руку, и оба комбинатора быстро пошли по направлению к вокзалу.
-- А вы лучше, чем я думал, -- дружелюбно сказал Бендер. -- И правильно.
С деньгами нужно расставаться легко, без стонов.
-- Для хорошего человека и миллиона не жалко, - ответил конторщик, к чему-то прислушиваясь.
Когда они повернули на улицу Меринга, над городом пронесся воющий звук сирены.