Раз в стране бродят какие-то денежные знаки, то должны же быть люди, у которых их много.
Но как найти такого ловчилу?
Остап даже вздохнул.
Видимо, грезы о богатом индивидууме давно волновали его.
-- Как приятно, - сказал он задумчиво, - работать с легальным миллионером в хорошо организованном буржуазном государстве со старинными капиталистическими традициями.
Там миллионер -- популярная фигура.
Адрес его известен.
Он живет В особняке, гденибудь в Рио-де-Жанейро.
Идешь прямо к нему на прием и уже в передней, после первых же приветствий, отнимаешь деньги.
И все это, имейте в виду, по-хорошему, вежливо:
"Алло, сэр, не волнуйтесь.
Придется вас маленько побеспокоить.
Ол-райт.
Готово".
И все.
Культура!
Что может быть проще?
Джентльмен в обществе джентльменов делает свой маленький бизнес.
Только не надо стрелять в люстру, это лишнее.
А у нас... боже, боже!..
В. какой холодной стране мы живем!
У нас все скрыто, все в подполье.
Советского миллионера не может найти даже Наркомфин с его сверхмощным налоговым аппаратом.
А миллионер, может быть, сидит сейчас в этом так называемом летнем саду за соседним столиком и пьет сорокакопеечное пиво "Тип-Топ".
Вот что обидно!
-- Значит, вы думаете, -- спросил Балаганов потоля, -- что если бы нашелся такой вот тайный миллионер, то?...
-- Не продолжайте.
Я знаю, что вы хотите сказать.
Нет, не то, совсем не то.
Я не буду душить его подушкой или бить вороненым наганом по голове.
И вообще ничего дурацкого не будет.
Ах, если бы только найти индивида!
Уж я так устрою, что он свои деньги мне сам принесет, на блюдечке с голубой каемкой.
-- Это очень хорошо. -- Балаганов доверчиво усмехнулся. -Пятьсот тысяч на блюдечке с голубой каемкой.
Он поднялся и стал кружиться вокруг столика.
Он жалобно причмокивал языком, останавливался, раскрывал даже рот, как бы желая что-то произнести, но, ничего не сказав, садился и снова вставал.
Остап равнодушно следил за эволюциями Балаганова.
-- Сам принесет? -- спросил вдруг Балаганов скрипучим голосом. -- На блюдечке?
А если не принесет?
А где это Рио-де-Жанейро?
Далеко?
Не может того быть, чтобы все ходили в белых штанах.
Вы это бросьте, Бендер.
На пятьсот тысяч можно и у нас хорошо прожить.
-- Бесспорно, бесспорно, - весело сказал Остап, - прожить можно.
Но вы не трещите крыльями без повода.
У вас же пятисот тысяч нет.
На безмятежном, невспаханном лбу Балаганова обозначилась глубокая морщина.
Он неуверенно посмотрел на Остапа и промолвил:
-- Я знаю такого миллионера.