-- Нет, не бред!
-- Бред!
-- Не бред!
Бухгалтер, видя, что железо горячо, стал его ковать.
Он толкнул добрую докторшу и издал протяжный вопль, взбудораживший всех больных, в особенности маленького идиота, который сел на пол и, пуская слюни, сказал:
-- Эн, ден, труакатр, мадмазель Журоватр.
И Берлага с удовлетворением услышал за своей спиной голос докторши, обращенный к санитару: -- ----" По имеющимся у авторов сведениям, на карте, которая свела с ума бедного географа, Берингова пролива действительно не было. Отсутствие пролива было вызвано головотяпством издательства "Книга и полюс". Виновники понесли заслуженное наказание. Глава издательства был снят с должности и брошен на низовку, остальные отделались выговором с предупреждением.
-- Нужно будет перевести его к тем трем, не то он нам всю палату перепугает.
Два терпеливых санитара отвели сварливого вицекороля в небольшую палату для больных с неправильным поведением, где смирно лежали три человека.
Только тут бухгалтер понял, что такое настоящие сумасшедшие.
При виде посетителей больные проявили необыкновенную активность.
Толстый мужчина скатился с кровати, быстро встал на четвереньки и, высоко подняв обтянутый, как мандолина, зад, принялся отрывисто лаять и разгребать паркет задними лапами в больничных туфлях.
Другой завернулся в одеяло и начал выкрикивать:
"И ты, Брут, продался большевикам! " Этот человек, несомненно, воображал себя Каем Юлием Цезарем.
Иногда, впрочем, в его взбаламученной голове соскакивал какой-то рычажок, и он, путая, кричал:
"Я Генрих Юлий Циммерман! "
-- Уйдите!
Я голая! - закричал третий.
- Не смотрите на меня.
Мне стыдно.
Я голая женщина.
Между тем он был одет и был мужчина с усами.
Санитары ушли.
Вице-королем Индии овладел такой страх, что он и не думал уже выставлять требования о возврате любимого слона, магараджей, верных наибов, а также загадочных абреков и кунаков.
"Эти в два счета придушат", думал он леденея.
И он горько пожалел о том, что наскандалил в тихой палате.
Так хорошо было бы сейчас сидеть у ног доброго учителя географии и слушать нежный лепет маленького идиота:
"Эне, бэнэ, раба, квинтер, финтер, жаба".
Однако ничего ужасного не случилось.
Человексобака тявкнул еще несколько раз и, ворча, взобрался на свою кровать.
Кай Юлий сбросил с себя одеяло, отчаянно зевнул и потянулся всем телом.
Женщина с усами закурил трубку, и сладкий запах табака "Наш кепстен" внес в мятежную душу Берлаги успокоение.
-- Я вице-король Индии, -- заявил он, осмелев.
-- Молчи, сволочь! -- лениво ответил на это Кай Юлий. И с прямотой римлянина добавил: -- Убью!
Душу выну!
Это замечание храбрейшего из императоров и воинов отрезвило беглого бухгалтера.
Он спрятался под одеяло и, грустно размышляя о своей полной тревог жизни, задремал.
Утром сквозь сон Берлага услышал странные слова:
-- Посадили психа на нашу голову.
Так было хорошо втроем-и вдруг...
Возись теперь с ним!
Чего доброго, этот проклятый вице-король всех нас перекусает.
По голосу Берлага определил, что слова эти произнес Кай Юлий Цезарь.
Через некоторое время, открыв глаза, он увидел, что на него с выражением живейшего интереса смотрит человек-собака.
"Конец, - подумал вице-король, - сейчас укусит! " Но человек-собака неожиданно всплеснул руками и спросил человечьим голосом:
-- Скажите, вы не сын Фомы Берлаги?
-- Сын, -- ответил бухгалтер и, спохватившись, сейчас же завопил: - Отдайте несчастному вице-королю его верного слона!
-- Посмотрите на меня, -- пригласил человек-дворняга. -Неужели вы меня не узнаете?
-- Михаил Александрович! -- воскликнул прозревший бухгалтер. -- Вот встреча!
И вице-король сердечно расцеловался с человекомсобакой.